Четверг , 18 Октябрь 2018
Домой / Школа жизни (теория) / Учеба и работа / Офисный люд — кто есть кто

Офисный люд — кто есть кто

Офис как феномен современности, без сомнения, заслуживает исследований и глубокого изучения. Постижение законов, по которым живет офис — а это законы систем — сделает человека и человечество более способным в жизни и работе. В офисе обнаруживается великое множество самых разных типажей и персонажей, обычных и экзотических. Офис объединяет их, делая подобием большой семьи со всеми присущими семьям проблемами, комичными и трагичными ситуациями, отношениями, конфликтами, случаями и ситуациями. Беспристрастный взгляд на себя со стороны даст отрезвляющую, удручающую и, как кажется, безнадёжную картину природы человека, но именно с этого и начинается то, о чем писатель сказал: «Выдавить из себя по капле раба!».

Владелец

Хорошо, если он просто беспокоится о том, как крутятся его кровные денежки, донимая менеджмент ночными звонками из иных часовых поясов в путешествиях по миру. Плохо, если день и ночь своими руками управляет бизнесом, внося в него неисправимую сумятицу и неразбериху. Владелец — настоящий Альфа собранной им стаи. Нанимает и увольняет, карает штрафами и милует премиями. Иногда обзаводится гаремом из сотрудниц, а иногда прячется от проснувшихся в сотрудницах древних генов спаривания с высокоранговыми. Право владельца распределения добытых коллективным трудом жизненноважных ресурсов безжалостно распыляется между обитателями офиса по своему усмотрению. Короче, все воруют. Однако владельца можно научить смирению с неизбежным и удалённому управлению своим детищем, и тогда он заживёт счастливо.

Управляющий

Он же генеральный директор, он же топ-менеджер. Обычно нанимается владельцем или акционерами, чтобы самим не пачкаться в рутинном управлении хозяйством бизнеса. Гендиректор работает за высокую зарплату и собирает к ней портфель полезных опций: власть, украденную у владельца, гарем, украденный у владельца, и, конечно же, денежки владельца. Бывает, что гендиректор ворует клиентов, уходя, чтобы отрыть свой бизнес на халяву — без вложений в маркетинг. Но гендиректор — он тоже человек, и он может сделать выбор: стать наипрофессиональнейшим и наипреданнейшим управляющим — обрести управленческий опыт для строчки в резюме и шагать дальше и выше — или самому стать владельцем, чтобы нанимать таких же, как он когда-то, управляющих. Примечательно, но при этом можно сохранить душу и остаться условно честным и порядочным человеком.

Менеджмент

Особняком ото всех остальных стоящие руководители и начальники самого разного звена и пошиба. Властолюбцы и мечтатели о высших жердочках курятника. Осторожно и опасливо заводят свои гаремчики. Потихоньку воруют деньги. Остаются верны фантазиям о карьере, перелетают из офиса в офис в поиске лучшей судьбы или смиряются и успокаиваются ввиду приближающегося пенсионного возраста.

Фаворитки

Можно было бы сказать, что это любовницы начальников, но если у такой сотрудницы есть любовь к шефу, то это другая категория. Фаворитки держат начальника в узде сексуальной привязанности. Чаще всего это секретари, помощницы и референтки. Их вмешательства в дела офиса комичны и катастрофичны. Иногда им достаточно неявной, но мощной власти такого же масштаба, как у шефа, а иногда фаворитки пробуют себя в карьере, и дальше всё сложно. Однако и этих несчастных женщин ждет обычное человеческое счастье, если они увидят себя со стороны и станут исполнять в работе именно то, что от них ожидают все, начиная с шефа.

Влюблённые

Временами случается, и двое влюбляются друг в друга. По-настоящему. Как Новосельцев и Людмила Прокофьевна в «Служебном романе». Обоюдно сходят с ума в период влюбленности. Совершают безумные поступки, и потому опасны. О них знают все в офисе и наблюдают за развитием событий, как за сериалом в духе мыльной оперы. К счастью или к сожалению, но любовь проходит. Остаются шрамы любви, и с этим тоже можно справиться.

Карьеристы

Ген доминирования примата в рассвете своей активности. Статус превыше всего. Знаки статуса, как флажки на карте наступления на карьеру. Заблуждаются, что их карьерный потенциал и основания для повышения оценивают по выданным на гора результатам. Если лицо, принимающее решение о карьере карьериста и сам карьерист, то это может сработать, и карьерист будет поддержан карьеристом. Однако чаще приходится пускаться во все тяжкие офисных интриг. Однако карьеристы — тоже люди, и можно оставаться человеком, творя нечеловеческие мерзости. Можно научиться маскироваться, делать вид, выглядеть прилично, что значительно усилит карьерный потенциал и создаст конкурентное преимущество — ведь остальные карьеристы не брезгуют подлостью. Счастливый карьерист — это, конечно, особый случай, но пусть и карьеристы будут счастливы. Пусть растут.

Бунтари

Всем смешно, и все отказываются это признать, но по уровню развития личности бунтари выше карьеристов. Значительно выше. На ступеньку. Формы бунта разнообразны — от вызова дресс-коду до явного протеста с открытым забралом против начальства, порядков, власти как таковой. Высшая, красная степень опасности для офиса и всех в нём. Бунтари безжалостны, как Аркадий Гайдар. В мягкой форме можно наблюдать бунтарей, готовящихся к исходу на Гоа или Бали. Оппозиция ко всему, в чем есть порядок и власть. Бунтари в опасности, но они вырастут в зрелых людей, которые и вершат судьбу планеты. Бунтарей нужно беречь — от злого окружения и самих себя. Бунтари должны знать о природе бунта, кипящего в их душах.

Хипстеры

Одинаковы в своей униформе в стиле унисекс. Бороды, татуировки, пирсинг, самокаты, паровозный дым электронных сигарет, вечера в фитнес-клубах — йога или качалка, диеты и вегетарианство. Вот-вот вырастут в бунтарей, но чаще долго остаются в стадии подражательного начала хипстерского стиля и образа жизни. В целом, ничёсе так, то есть, ничего особенного, кроме того, что они о себе думают. Мода есть мода. Хипстеров нужно подтолкнуть к продолжению роста, осознанию происходящего с ними — они уже смогут это. Хипстерство, как и вудстоковскую хиппи-манию, как и возраст стиляг, нужно пережить и пройти как можно быстрее, не застревая.

Работяги

Кто-то же должен работать, если остальные заняты всем, чем угодно, кроме работы. Приходят вовремя, уходят вовремя. Не ропщут, не требуют, не добиваются. Показатели результатов средние — а такие и нужны производственным системам. Семья у работяг большая — их дети и их родители. Всем хватает, хотя достаток средний. Работой в офисе дорожат, менять работу не собираются. Ах, если бы «принцип Парето» давал предприятиям 80% таких работяг — они бы и делали всю работу. Говорят, в советские времена именно так и обстояли дела на заводах и фабриках. Золотой век рабочего класса. Если приложить к работягам образовательные усилия, то они сдвинутся с места и начнут путь: от карьеристов через бунтарей к зрелости. Однако стоит ли? Работягам решать.

Бездельники

Это не те, кому делать нечего, а те, кто ничего не делает. Кто знает, почему они такие? Может, у бездельников есть другое дело, а дело в офисе вовсе не главное, и отдавать ему себя нет резона. А может, это особая порода людей, неспособных к созидательной деятельности. Ну, и конечно, это могут быть отголоски восьмидесятимиллионнолетней давности генов трутня, предназначение которого однажды отдать свое семя матери (Фу!) и сдохнуть в буквальном смысле слова. Бездельники — это статистика. Однако и бездельники имеют право на общественную полезность, так что один из путей бездельников — это путь в общественники.

Общественники

По-настоящему полезные для офиса люди. Они множат коммуникации и связи на всякой фигне типа сбора денег на дни рождения и похороны (cмотрите «Служебный роман» как учебный фильм!). Их предназначение единственно заслуживает статуса миссии. Они укрепляют системы. Системы им за это благодарны и предлагают заслуженное повышение, но общественники им манкируют. Смысл их жизни в служении системе. В «Служебном романе» была такая общественница. Вместе с тем, позиция и деятельность в духе Матери Терезы часто лишает общественников полноценной личной жизни, и в этой области общественникам можно помочь добрым советом.

Интриганы

Подобны общественникам, но с обратным, отрицательным знаком. Этакие демоны офиса. Плетут интриги, сталкивают между собой людей, ссорят, провоцируют конфликты, добиваясь полезного для систем, но болезненного усиления коммуникаций и уплотнения отношений. Энергичная жизнь офиса обязана интриганам. «А ещё они называли тебя желтым земляным червём!…». Интриганы нужны. Без чёрного не оценишь белое. Интриганы могли бы по праву гордиться своими злыми делами, ставя галочки в черный блокнотик об очередной победе Добра над Злом. Интриганам нужно учиться искусству интриги, чтобы стать демиургами офисов.

Склочники

У этих проблемы с личной энергетикой. Если они не поругаются с кем бы то ни было, то не оживут и будут пребывать в низкотонусной апатии. Иногда их называют вампирами, потому что те, от кого они подпитались, теряют жизненные силы. Склочники брюзжат, злословят, отзываются о людях и событиях негативно, нарываясь на спор и баталию. Поругавшись, отваливаются, как комариха, напившаяся крови, и чувствуют себя хорошо. Было бы полезно сталкивать склочников между собой, чтобы они перекрестно пили друг у друга кровь. Однако гораздо более гуманно подставлять под их вампирские клыки какую-нибудь жертву — и склочник сыт, и жертва обрела опыт, став сильнее. Совсем как в «Ночных Дозорах».

Курильщики

Те, кто регулярно бросает работу, чтобы выйти покурить. Раньше КЗОТ (советский Кодекс законов о труде) заботился о здоровье рабочих и требовал устраивать десятиминутный перерыв каждый час работы, то есть, работать пятьдесят минут и отдыхать десять. Потом перерывы стали называть перекурами, а курильщики посчитали их своим неотъемлемым правом. После введения запрета на курение в помещениях, перекуры превратились в ритуальные шествия к разрешенному месту и обратно. Это часто далеко от места работы. Лучше бы пили кофе. Эффект один.

Пьяницы и алкоголики

Две стадии одного пути. И курильщики и, тем более, пьяницы имеют в жизни какую-то неустроенность, какие-то нерешаемые проблемы, некую беспросветность и безнадёжность, и все это глушат психотропами, опьяняя мозг порциями дофаминов. С пьяницами еще как-то можно уживаться, хотя они все время пребывают в зоне ненадежного функционирования, как пьяные за рулем. С алкоголиками все еще хуже: они врут, не держат слова, абсолютно безответственны и опасны алкогольными психозами, когда зелёные человечки начинают их окружать. И курильщикам, и пьяницам, и алкоголикам и даже наркоманам можно помочь, но это неимоверно тяжёлый труд и подвижничество.

Офис — как форма, в которую залили, отливают и подливают людей. В офисе каждый человек становится немного или в значительной степени не тем, кто он есть вообще, в чистом, свободном виде. Офисы и опускают, и поднимают людей, делают добрее и злее, честными или подлыми. Это как в армию сходить. Для одного юноши армия — школа жизни и пункт возмужания, а для другого — место обретения порочных казарменных традиций и дедовщины, от которых до лагерных законов рукой подать.

Поделиться в социальных сетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

error: Контент защищен!